Полтавский фермер Александр Журавель никогда не страховал свой урожай. "Честно скажу, что не верю в страховку. Лучшая страховка — это то, что лежит в кармане", — говорит он. Журавель признается, что не доверяет страховщикам и совершенно не уверен в том, что страховые компании смогут возместить ущерб аграрию, даже если предварительно взяли с них деньги.
Журавель — не единственный фермер, который не доверяет отечественной системе страхования. По данным Международной финансовой корпорации (IFC), в Украине застраховано только 5% урожая. Этот показатель в Америке составляет более 80%.
ЛІГА.net разбиралась, почему украинские аграрии не торопятся страховать свои будущие урожаи и как страховщики стимулируют клиентов.
Читайте также: Отложенный спрос: как АПК стал лидером среди инвесторов
Страховые реалии
Украина ежегодно теряет в среднем 15-35% в зависимости от погоды. Показательным был 2012 год, когда в Полтавской области погибло 95% озимой пшеницы — из-за перезимовки она считается самой рисковой культурой. Несмотря на это, количество страховых договоров из года в год уменьшается.
Источник: IFC, * — данные за 2016 год учитывают только весенний период
Почему украинские аграрии практически не страхуют посевы? От сотрудничества со страховщиками их отпугивает отсутствие прозрачных и простых в использовании продуктов страхования и недоверие к финансовым партнерам, рассказывает Лия Сорока, руководитель проекта Развитие финансирования аграрного сектора в Европе и Центральной Азии IFC. Топ-менеджер крупного агрохолдинга на условиях анонимности упоминает еще и о дороговизне страховых продуктов для аграриев, позволить себе их могут далеко не все. "Основная задача — вырастить и собрать урожай. И если прогнозы благоприятные, вряд ли вопрос страховки будет стоять на повестке дня. Зачем тратить лишние деньги на то, чтобы страховать зерно, которое и так на ценовом дне?" — говорит он.
Стимул для агрария
Страховщики утверждают, что охотно страхуются только те агропроизводители, которые участвуют в программах финансирования от госпредприятий и коммерческих структур: у них попросту нет выбора. Согласно данным IFC, более 60% страховых премий платят аграрии, которые участвуют в программах финансирования. Так, фермер, заключивший форвардный контракт с Аграрным фондом или Государственной продовольственно-зерновой корпорацией, обязан застраховать зерно, на выращивание которого планирует получить средства госструктур."Несмотря на то что рынок аграрного страхования с 2005 по 2015 годы сокращается, некоторые фермерские хозяйства, работающие с Аграрным фондом и ГПЗКУ, по форвардным контрактам все же вынуждены страховаться", — подтверждает эксперт по аграрному и земельному праву общественной организации Agro.ReformsUA Дмитрий Симашко. Но в масштабах отечественного АПК доля застраховавшихся аграриев мизерна, соглашается он.
По словам Симашко, сегодня все участники рынка должны вместе найти компромиссное решение для увеличения количества застрахованных полей и избежания убытков от неблагоприятных погодных условий. Главным модератором и инициатором переговорного процесса должен быть Минагропрод, чтобы как можно быстрее изменить законодательную базу, регулирующую агрострахование.
Читайте также: Хлебное место. Египет отказывается от импорта украинской пшеницы
Бизнес способен договариваться и без содействия государства. "Мы заинтересованы в создании комплексного страхового продукта для аграриев, который минимизирует риски как для клиента, так и для банка", — отмечает Лариса Бондарева, член правления Креди Агриколь Банка, который специализируется на поддержке аграрного бизнеса.
В качестве примера она приводит совместный продукт с компаниями Сингента и AXA. Суть такой страховой схемы в том, что фермер, купивший или взявший в кредит товары Сингенты (средства защиты растений, семена и другие), получает еще и денежный кредит в Креди Агриколь Банке. За сотрудничество с банком и поставщиком фермер получает бонус — половину расходов на оплату страховой премии страховщику вместо агропроизводителя платят, соответственно, его кредиторы.
Агрострахование в Украине развито недостаточно, признает первый заместитель министра аграрной политики и продовольствия Украины Максим Мартынюк. "Должна быть сформирована модель, которая была эффективной для украинского АПК и исключала коррупционную составляющую", — отмечает чиновник.
