С 29 сентября по 5 октября Strategy не приобретала первую криптовалюту, поскольку не смогла привлечь капитал через продажу акций. Компания раскрыла эту информацию в отчете 8-K, поданном в SEC.
Под управлением фирмы Майкла Сэйлора остается 640 031 BTC на сумму около $79,4 млрд, купленных по средней цене $73 983 за монету. С августа 2020 года Strategy накопила более 3% от общего предложения биткоина.
Гендиректор компании заранее намекнул на паузу в закупках. 4 октября он опубликовал твит , в котором написал:
«На этой неделе оранжевых точек не будет — только напоминание о прибыли в $9 млрд, ради которой мы продолжает HODL ».
Приостановка совпала с достижением биткоином нового исторического максимума выше $125 000. Традиционно Strategy это не останавливало — фирма известна покупками цифрового золота на пиках. Один из участников криптосообщества шуточно отметил :
«Вы поняли, что покупать на хайях — не самый умный шаг? Теперь ждете просадки?»
По итогам третьего квартала компания зафиксировала нереализованную прибыль в размере $3,89 млрд. Налоговые обязательства составили $1,12 млрд от этой суммы.
BitMine продолжает скупать ETH
На прошлой неделе возглавляемая Томом Ли из Fundstrat компания BitMine Immersion Technologies приобрела 179 251 ETH на $820 млн по текущему курсу. Объем активов под управлением фирмы превысил 2,83 млн ETH — более 2% от общего предложения Ethereum.
Представители BitMine также сообщили, что общий объем криптоактивов и денежных средств на счету фирмы достиг $13,4 млрд. Она также держит 192 BTC (~$24 млн).
Компания начала копить вторую по капитализацию криптовалюту в конце июня. Ее цель — аккумулировать и застейкать 5% эмиссии Ethereum.
Что не так со стратегией Тома Ли?
Соучредитель фонда Mechanism Capital Эндрю Кан раскритиковал инвестиционную концепцию Ли, назвав его тезисы «финансово безграмотными».
Первый из них предполагает, что активность со стейблкоинами и RWA должна увеличить объем транзакций и повлечь за собой рост комиссий и доходов для сети Ethereum.
«За пять лет стоимость токенизированных активов и объемы транзакций со “стабильными монетами” выросли в 100-1000 раз. Однако Том фундаментально не понимает, как работает накопление стоимости, и хочет заставить вас поверить, что комиссии будут расти пропорционально, но на самом деле они остаются практически на том же уровне, что и в 2020 году», — отметил Кан.
По его словам, это происходит из-за постоянных обновлений блокчейна и миграции активности на Solana , Arbitrum и другие площадки.
Эксперт также опроверг сравнение Ethereum с «цифровой нефтью».
«Нефть — это товар. Реальные цены на нефть с поправкой на инфляцию торгуются в том же диапазоне уже более века с периодическими всплесками, которые затем возвращаются к средним значениям. Я согласен с Томом, что ETH можно рассматривать как товар, но это не бычий аргумент», — написал он.
Особое внимание Кан уделил тезису об институциональном спросе. Пока ни один крупный банк не объявлял о планах по добавлению ведущего альткоина на свои балансы, подчеркнул основатель Mechanism Capital.
Технический анализ тоже свидетельствует о многолетнем боковом движении курса Ethereum с недавним отскоком от верхней границы диапазона $1000-4800. По мнению эксперта, текущая капитализация криптовалюты «поддерживается в большей степени макроликвидностью».
Гендиректор JAN3 Самсон Моу согласился с выводами Кана. Он считает, что цена ETH зависит от розничных инвесторов из Южной Кореи, известных как «серхак-геми» . Они направили около $6 млрд в криптоказначейские компании, сфокусированные на Ethereum.
«Ethereum-инфлюенсеры буквально летают в Южную Корею, чтобы продвигать монету среди местных инвесторов. Они не смотрят на график ETH/BTC и думают, что покупают аналог Strategy. Хорошо это не кончится», — заявил Моу.
Будь в курсе! Подписывайся на Телеграм.
