В ночь на 6 июня почти в 3 часа РФ взорвала Каховскую ГЭС. Случилось то, о чем неоднократно предупреждала Украина еще с осени. Гидросооружение было заминировано минимум полгода и неизбежность катастрофы была лишь вопросом времени, ведь для оккупантов не существует ни правил и международных норм, ни принципов и морали.
Разрушение Каховской ГЭС – без преувеличения, величайшая техногенная катастрофа на европейском континенте, автором и реализатором которой является РФ и ее военно-политическое руководство. Каждый час мы получаем все новую и новую информацию о последствиях.
Но я знаю точно, что факт разрушения должен быть тщательно зафиксирован, документирован и расследован, последствия и вред – объективно оценены, чтобы в перспективе лечь в перечень компенсационных мер.
О чем нам еще говорит международное право?
Подрыв дамбы Каховской ГЭС является неопровержимым доказательством военного преступления. С конца февраля Новая Каховка под временной оккупацией, дамба была заминирована, а ракетные удары извне – не зафиксированы.
Статья 8 Римского устава такой категории преступлений дает четкое определение — умышленное совершение нападения с осознанием того, что оно приведет к случайной гибели или ранению гражданских лиц или причинит вред гражданским объектам или масштабный, долговременный и серьезный ущерб окружающей среде. И этот ущерб будет явно чрезмерным по сравнению с конкретным и непосредственно ожидаемым общим военным преимуществом.
Дополнительный протокол I к Женевским конвенциям 1949 года, касающийся защиты жертв международных вооруженных конфликтов, четко запрещает применять методы или средства ведения военных действий, которые имеют цель нанести или, как ожидается, нанесут широкий, долговременный и серьезный ущерб природной среде.
Несколько статей Конвенции – 55 и 56 – непосредственно связаны с защитой природной среды и сооружений, содержащих опасные силы. А это именно дамбы и атомные электростанции. Более того, они не должны становиться объектами нападения даже в тех случаях, когда эти объекты являются военными и если такое нападение может вызвать освобождение опасных сил и последующие тяжкие потери среди гражданского населения.
Кроме того, международное право прямо запрещает причинение вреда природной среде и любым сооружениям данной категории, как репрессалий. Вместо этого все эти объекты были использованы оккупационными властями и вс рф как средство шантажа, манипуляций. Местное население, вынужденное находиться в условиях временной оккупации, по сути стало заложниками преступного режима.
Поэтому, во-первых, ответственность за это военное преступление должна быть всеобъемлющей: от исполнителя до тех, кто отдавал приказ на уничтожение и планировал и имел влияние на реализацию. Предварительно, Каховскую ГЭС взорвала 205 мотострелковая бригада из России, базировавшаяся на объекте длительное время. Известен и ее командир.
Кроме того, за неделю до подрыва Каховской ГЭС премьер-министр России Мишустин подписал постановление, позволяющее не расследовать аварии на опасных производственных объектах на временно оккупированных территориях Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей. Вся эта цепочка должна быть исследована.
Во-вторых, мы, наконец, должны прекратить дискуссии о целесообразности или нецелесообразности появления в международном гуманитарном праве нового вида преступления, как экоцид. Последние 9 лет и более года полномасштабные военные действия на территории Украины доказали, что экологические преступления должны быть наравне с другими международными преступлениями с соответствующей правовой оценкой и ответственностью.
В-третьих, призываю ООН не позориться. По крайней мере, циничным выглядит празднование дня росязыка в то время, когда росрежим совершает самые масштабные международные преступления за последние почти 80 лет. ООН и институт – МАГАТЭ – должны заниматься безопасностью на объектах техногенного характера, поэтому призываю наконец применить все инструменты международного права и сделать демилитаризованную зону вокруг ЗАЭС.
И напоследок. Символично, но вчера начались устные слушания в Международном суде ООН в Гааге по иску Украины против России из-за нарушения двух конвенций — борьбы с финансированием терроризма и преодоления всех форм расовой дискриминации, поданного еще в 2017 году. Международное право имеет огромное значение. И Россия почувствует это вполне. Рано или поздно.
