В парламенте готовится законопроект об изменениях в мобилизации и военной службе. В нем предусматриваются новые нормы по вручению повестки, отсрочке от военной службы и правах военнообязанных. Под вопросом – условия по демобилизации.
Если депутаты успеют урегулировать все дискуссионные моменты, то у этого документа есть все шансы быть зарегистрированным уже на этой неделе, говорит член профильного комитета, представитель президента в Раде Федор Вениславский.
– Расскажите, какие изменения в военной службе, мобилизации и демобилизации готовятся в Верховной раде?
– В нашем комитете по вопросам национальной безопасности, обороны и разведки наработаны два законопроекта. Один из них уже был вчера зарегистрирован в Верховной раде. Речь идет о проекте закона о внесении изменений в некоторые законы по обеспечению прав военнослужащих и полицейских на социальную защиту. В этом документе, во-первых, определяются права военнослужащих на возможность распространять информацию – а именно, какую информацию они могут распространять, чтобы она не была использована противником Украины.
Во-вторых, в этом законопроекте поднимается вопрос вещевого обеспечения военнослужащих. В-третьих, предусматриваются отпуска для военнослужащих при рождении ребенка, не предусмотренные на сегодняшний день. Также внедряются отпуска после ранения и лечения, которые могут длиться до 12 месяцев.
Кроме того, в этом законопроекте урегулирован вопрос учета срока военной службы для начисления пенсии. То есть, если военнослужащий проходит военную службу в условиях военного положения, то у них месяц считается за два. Если он принимает участие в мероприятиях по обеспечению территориальной целостности и государственного суверенитета – тогда месяц числится за три. Если он непосредственно участвует в боевых действиях – тогда месяц за четыре. И если военнослужащий находился в плену, куда попал не по своей воле – тогда месяц за пять.
Плюс этим документом вносятся изменения в дисциплинарные уставы по обеспечению гендерного равенства. То есть, чтобы были равные возможности и для женщин, и для мужчин.
– А что предполагает второй законопроект?
– Второй законопроект касается непосредственно вопросов мобилизации – он так и называется: проект закона Украины о внесении изменений в некоторые законодательные акты, связанные с усовершенствованием вопросов мобилизации, военного учета, прохождения военной службы.
В этом законопроекте, во-первых, уточняется, что такое особый период, ведь сегодня это понятие достаточно размыто прописано в действующем законе о мобилизационной подготовке и мобилизации. Не всегда понятно, какое время длится этот период. В проекте закона говорится, что особый период – это период, наступающий с принятия решения о проведении мобилизации и до момента демобилизации и окончания военных действий.
Во-вторых, в этом документе мы совершенствуем вопросы, связанные с обязанностями военнообязанных. Если вводится правовой режим военного положения – они обязаны явиться либо в территориальные центры комплектования и социальной поддержки (ТЦК), либо если это резервисты – то в соответствующие воинские части.
Также в документе мы прописываем общие правила проведения мобилизации и обязанностей военнослужащих и военнообязанных, состоящих на военном учете во всех составляющих сектора безопасности и обороны. Потому что сегодня, кроме собственно Вооруженных сил, у нас еще есть Главное управление разведки Министерства обороны (ГУР), которое не входит в состав Вооруженных сил. У нас есть Служба внешней разведки, в составе которой тоже военнослужащие. А в этих разведывательных органах ведется отдельный военный учет. Поэтому мы предполагаем, что эти правила распространятся на всех военнообязанных, невзирая на то, на каком учете они состоят.
Также в этом документе уточняются основания для отсрочки от призыва на военную службу во время мобилизации во избежание злоупотреблений.
– Какие это уточнения?
– Например, если на содержании военнообязанного, подлежащего мобилизации, есть недееспособный или несовершеннолетний ребенок; супруг первой или второй группы инвалидности; другие недееспособные члены семьи (отец / мать – первой степени родства) – он имеет право на отсрочку только в случае, если за этими лицами больше некому с точки зрения закона ухаживать. То есть, если нет других лиц, которые законом уполномочены на обеспечение их ухода и попечительства. Тогда это может служить основанием, чтобы человек получил отсрочку от призыва.
Другая норма этого законопроекта: во избежание конфликтов во время проведения мобилизационных мероприятий мы уточняем как права военнообязанных, так и представителей ТЦК.
Например, по военнообязанным: мы предусматриваем, что в период правового режима военного положения и объявления общей мобилизации, те, кто является военнообязанным, а именно — лица в возрасте от 18 до 60 лет, должны, кроме документа, удостоверяющего личность, постоянно иметь при себе документ о пребывании на военном учете и предъявлять эти документы для представителей ТЦК. Это делается для того, чтобы не приходилось подключать полицию для вручения повестки и минимизировать риски возможных конфликтных ситуаций.
Также в законопроекте мы планируем прописать возможность вручения повестки не только лично под расписку, но и через электронную почту и заказным письмом. То есть уведомление о поступлении заказного письма поступает в почтовый ящик, а уже само письмо с повесткой должны выдать человеку лично в руки соответствующими представителями почтовых служб. Это так называемая публичная повестка.
Относительно актуальности электронных почтовых ящиков, у нас фактически действует электронный кабинет военнообязанных и призывников, который будет содержать все идентификационные данные. Эти нормы должны упростить получение повестки и не позволять людям злоупотреблять тем, что он якобы не получает повестки и не нарушает закон.
Также мы прописываем, что повестки могут вручаться не только представителями ТЦК, но через органы местного самоуправления, местные органы исполнительной власти – чтобы уточнить полномочия всех органов публичной власти в вопросах мобилизации. Потому что сейчас в действующем законе о мобилизационной подготовке и мобилизации уже предусмотрено, что эти органы принимают участие в мобилизационных мероприятиях, но на практике они часто избегают этих своих обязанностей. Кроме того, мы предполагаем, что и военные администрации присоединяются к этим мерам.
– Это уже конечные нормы?
– Эти нормы есть в законопроекте, который мы еще нарабатываем. Он еще не зарегистрирован. Дискуссии еще продолжаются. Однако есть все шансы зарегистрировать этот документ в финальном виде уже к концу этой недели.
– Будут ли в этом законопроекте какие-либо изменения по возрастному порогу для лиц, подлежащих мобилизации? Проще говоря, планируется ли мобилизовывать мужчин от 18 лет, а не от 27, как это сегодня?
– В этом законопроекте вопрос о возрасте призыва на военную службу по мобилизации вообще не решается. Напомню, сейчас на военную службу по мобилизации могут быть призваны лица, прошедшие срочную военную службу – то есть имеющие военный опыт и подготовку. Но если они не проходили срочную военную службу и являются призывниками – то для них действует норма о возможности мобилизации только с 27 лет. Когда Президент подпишет уже принятый законопроект парламента – тогда человека, не имеющего военной подготовки, можно будет мобилизовать с 25 лет.
– Есть ли в этом законопроекте нормы по демобилизации?
– Вопрос демобилизации самый сложный, откровенно скажу. Насколько мне известно, демобилизация при полномасштабном вторжении в новейшей мировой истории ни в одной из стран не применялась. Но чтобы дать какие-то временные ориентиры для понимания военнослужащим, которые были мобилизованы в первые дни войны и уже более 20 месяцев находятся в составе вооруженных сил или других составляющих безопасности и обороны, перспектив, наверное, это стоит сделать. Сейчас продолжаются дискуссии по этому вопросу. Есть точка зрения, что после 36 месяцев службы лицо может получить право на демобилизацию. Но пока этот вопрос еще до конца в Комитете не согласован.
– Позиция в отношении родителей трех и более несовершеннолетних детей остается неизменной? У них есть отсрочка?
– Да.
– Какие изменения будут для тех, кто получает второе образование?
– Мы предполагаем, что имеют право на отсрочку от призыва только лица, получающие следующий уровень образования – например, если после магистерской степени человек идет на аспирантуру. То есть лица, которые после одного высшего образования получают второе высшее образование – того же уровня или низшего уровня – для них отсрочки не будет.
– А если человек, например, получил диплом магистра и юридическое образование и сейчас поступает на получение второго образования, на стационар, но по другой специальности – допустим, филолог или педагог. Что тогда?
– Это уже не будет считаться последовательным образованием, поэтому права на отсрочку такого лица не будет.
– Что вы думаете о вчерашних публикациях The Washington Post о нашем наступлении?
– Я думаю, что там подается информация не совсем верно и полно. Помощь, которую наши Вооруженные силы запрашивают у наших западных партнеров, к сожалению, имеет постоянную тенденцию к опозданию – решения о ее передаче постоянно принимаются с существенным опозданием – как свидетельствует практика – на 3-6 и более месяцев. Украина просила сначала системы ПВО – их наши партнеры боялись давать, но потом предоставили и продолжают предоставлять. То же касается артиллерийских систем, бронетехники, танков, дальнобойных ракет и истребителей.
Конечно, когда наши военные минувшей осенью преуспели на севере и на юге, нам не хватало именно вооружения, необходимого для развития нашего успешного наступления и обеспечения дальнейшего прогресса. При этом ни для кого, и в том числе – для россиян не было секретом, что следующим нашим направлением наступления станет Юг Украины. И они воспользовались этим моментом с начала 2023 года, когда нам не хватало техники, чтобы лучше подготовиться к нашим наступательным действиям и построить мощные эшелонированные оборонные линии.
Поэтому я бы не стал утверждать, что кто-то принял не такие или не совсем корректные решения. Здесь сыграл роль комплекс проблем, в том числе несвоевременность предоставления нам тех видов вооружения, о которых мы просили.
– Сейчас в западных СМИ все чаще появляется информация о том, что наши партнеры могут склонять нас к переговорам. Об этом тоже говорят и россияне: мол, они готовы к мирным переговорам. Не изменилась ли сейчас позиция Украины по этому вопросу?
– С точки зрения переговоров, о которых говорят представители российского политикума – они постоянно мечтают о переговорах. Они прекрасно осознают, что не смогут достичь каких-либо политических и военных результатов в преддверии выборов президента РФ в марте следующего года. Они постоянно публично заявляют, что готовы к переговорам, но Украина к переговорам не готова и не хочет.
В этой связи стоит упомянуть, что по этому вопросу у нас есть решение Совета национальной безопасности и обороны Украины, которое введено в действие указом президента. В нем отмечена невозможность проведения переговоров с Путиным. Это решение фактически констатирует, что Путин начал против Украины преступную и террористическую войну, приведшую к нарушению многих норм международного права. Поэтому, безусловно, решение СНБО является абсолютно адекватной политической реакцией на ту непровоцированную агрессивную войну, которую начала и ведет россия против нашего государства и целью которой является уничтожение нас как нации, так и нашей национальной государственности.
Однако другой юридический механизм окончания войны, кроме заключения какого-то мирного договора, участниками которого обычно выступают стороны военного конфликта, возможно, государства – гаранты, в международном праве еще не изобретены. Поэтому с юридической точки зрения закон Украины о международных договорах Украины, Венская конвенция о праве международных договоров собственно и станут той юридической основой, согласно которой будет заключено будущее мирное соглашение. Ведь любая война неизбежно завершается мирным соглашением, в котором прописывается ответственность страны-агрессора, возмещение ею вреда и привлечение ее к ответственности.
Однако Президент Зеленский в своей формуле мира определил четкие ориентиры: война может завершиться только при полной деоккупации всей территории Украины. Только после этого можно вести какие-то переговоры. И наши западные партнеры это тоже должны понимать. К тому же они поддерживают эту формулу мира.
– То есть позиция украинской власти неизменна – мы рассматриваем завершение войны только выходом на границы 1991 года и любые переговоры возможны только после выхода на эти границы?
– Абсолютно точно.
