Европейский Союз официально продлил действие ограничительных мер в отношении российских граждан и организаций еще на шесть месяцев. Решение, которое должно было быть принято до 15 марта, едва не сорвалось из-за позиции официальной Братиславы, пишет DW.
Власти Словакии до последнего блокировали утверждение списка, выдвигая условие исключить из него крупных российских бизнесменов Алишера Усманова и Михаила Фридмана. Если бы консенсус не был достигнут к сегодняшнему дню, действие санкций прекратилось бы автоматически, аннулируя запреты на въезд и заморозку активов для тысяч фигурантов.
Механизм санкционного давления ЕС предполагает обязательное единогласное голосование всех 27 государств-членов каждые полгода.
"Санкции, введенные в отношении России из-за ее войны против Украины, должны единогласно продлеваться всеми 27 государствами — членами ЕС каждые полгода", — напоминают эксперты процедурные правила. Несмотря на длительное сопротивление и попытки выторговать преференции для конкретных лиц, в последний момент Словакия отказалась от блокировки, что позволило Совету ЕС немедленно пролонгировать меры до 15 сентября текущего года.
В обновленном списке, тем не менее, произошли точечные изменения. Из перечня были исключены два человека: голландский нефтетрейдер Нильс Троост и Майя Болотова, дочь руководителя компании «Транснефть». Кроме того, пять фамилий были удалены из списка в связи со смертью фигурантов.
В остальном санкционный пакет сохранил свою масштабность, охватывая около 2600 позиций. Под ограничениями остаются высшее руководство РФ, включая Владимира Путина, а также многочисленные олигархи и предприятия, чьи счета в европейских банках остаются замороженными.
Подобная тактика Словакии и Венгрии уже стала системной практикой внутри Евросоюза. Обе страны неоднократно использовали право вето как инструмент давления для получения политических уступок или исключения определенных лиц из черных списков.
Однако, как показывает практика текущего голосования, до открытого разрыва санкционного режима дело не доходит. Соглашение обычно достигается в критический момент, часто ценой незначительных формальных послаблений, что позволяет ЕС сохранять видимость единства в вопросе экономического давления на Москву.
