Содержание:
- Сергей Жадан, писатель и поэт
- Александр Хоменко, основатель проекта "МУР"
- Наталья Ворожбит, режиссер
- Павел Шилько, генеральный продюсер музыкальной премии YUNA
Полномасштабная война спровоцировала беспрецедентный всплеск украинской культуры: тысячи новых песен, переполненные театральные залы, рост книжных тиражей. Но является ли это настоящим ренессансом или лишь временным явлением военного времени?
Художники, режиссеры и музыканты обсуждают будущее украинской культуры – от государственного финансирования до угрозы возвращения старых зависимостей после завершения войны.
Писатель Сергей Жадан, драматург Наталья Ворожбит, музыкальный менеджер Павел Шилько (DJ Паша) и основатель проекта "МУР" Александр Хоменко во время форума Deloitte "Диригенти змін" говорили о точке невозврата в культуре, поиске новой интонации и рисках потерять добытое.
Публикуем самое интересное из их выступлений.
Сергей Жадан, писатель и поэт
То, что происходит, можно будет потом назвать всплеском украинской литературы. Я бы четко поставил эту границу: [происходит] с 24 февраля 2022 года.
Мне нравится слово – "переосмысление". Оно точно характеризует то, что со многими из нас сегодня происходит. И это касается и молодого поколения, которое начало ходить на украинские концерты, спектакли, читать украинские книги.
Но так же это касается и старших людей, которые жили всю жизнь в этой стране, которые являются этническими украинцами, которые знают украинский язык, но никогда не имели особой привязки к украинской культуре.
Золотым веком это, очевидно, трудно назвать, потому что это все перекрывается той ценой, которую мы платим за большие тиражи [книг], за аншлаги.
Думаю, что с культурой тоже не все так легко будет и не все так будет радужно. Думаю, что будут попытки определенного реванша, отката – и языкового, и культурного.
Но мы прошли точку невозврата. И даже если кто-то попытается к ней обратно возвращаться, общество не даст этого сделать.
Сейчас изменились правила игры. Украинская культура действительно стала культурой для всего общества. Этот зонтик украинской культуры сегодня накрывает всех – от востока до запада, с севера до юга.
На четвертом году большой войны очевидной становится востребованность на новую интонацию. Потому что интонация сопротивления, гнева, которая у нас появилась в первые месяцы войны, себя исчерпывает. Очевидно, чтобы двигаться дальше, искать новые силы, уже речь идет о поиске нового языка.
Я убежден, что из этой войны мы выйдем с новой культурой. Я не говорю, что она будет лучше, сильнее, но то, что она будет другой, – очевидно.
Появляется новый герой. Герой, который не мог не появиться вне войны. Это не обязательно военный, волонтер, человек, который находится в зоне поражения. Это человек, который может быть и гражданским, может жить в тылу, но все равно он живет во времена войны. И эта временная принадлежность, она многое определяет.
Это герой, который делает выбор. Выбор разного уровня.
Но так или иначе, это человек, который лишен роскоши аморфности, определенной апатичности. Он просто находится в таких условиях, когда должен взвешиваться, должен делать какой-то выбор, какой-то шаг.
Я за то, чтобы была государственная политика [в вопросе культуры]. Для страны, которая сопротивляется, борется и формирует себя, это вопрос национальной безопасности.
Александр Хоменко, основатель проекта "МУР"
У нас в таком общем мифе культурном есть очень много произведений о том, как за независимость надо бороться, но не так много, что делать, когда мы ее уже завоевали.
Вы знаете, просто говорить: чтобы ни было, украинская культура будет важна. Дети ваши покупают Симоненко, Винграновского и Жадана, и так и будет всегда. Нет, так не будет. Потому что бабло побеждает зло.
Я когда "Ребелию" (альбом проекта "МУР" и одноименный спектакль, посвященные деятельности украинских шестидесятников. – Ред.) готовил, общался со многими разными людьми. И мне один из историков с очень грустным видом сказал: это уже было все – украинский язык, театры, новые сборники.
Мы проигрываем эту битву, потому что мы проигрывали ее каждый раз в истории. И единственный шанс ее не проиграть – это очень много денег [вливать в культуру]. Бюджет пропаганды украинской культуры за рубежом – $700 000. Бюджет в Британии – 1 млрд фунтов. Бюджет в России, я думаю, даже не надо называть цифру.
Я порвал отношения со многими друзьями за границей, потому что они общаются с россиянами. Как вы думаете, люди, когда здесь перестанут стрелять и свет появится, не купят билеты на концерт Макса Коржа?
Пока будет ураган, будет война – все будет хорошо с точки зрения культуры. Стагнация и исчезновение начнутся тогда, когда захлопнется пропасть, над которой мы стоим.
[Отношения] государства и культуры похожи на отца, который бросает семью и потом приходит, когда ты покупаешь квартиру в Киеве. Это как родственник, которому ты неинтересен, но как только ты чего-то достиг, он такой: "кстати, мы всегда с тобой, мы всегда тебя любим, мы всегда за тебя".
Наталья Ворожбит, режиссер
После 2022 года культура стала вопросом жизни и смерти, чего не было до этого.
Все началось после 2014 года. Появилось большое количество лент, которые прозвучали, начал развиваться кинопроцесс очень серьезно. И вообще на кинокарте мирового кино появилась такая страна, как Украина.
Мы стали исследователями, объектами, жертвами этой войны. Это совсем другой статус. Если до этого я писала о переселенцах, военных, детях, которые пережили войну, то сейчас я сама оказалась в их шкуре.
Нельзя терять темп и качество. А мы теряем. Потому что кино почти перестало финансироваться. У нас нет детской анимации. С театром все не так хорошо.
Относительно большого количества. Пусть лучше будет много. У нас нет времени.
Очень инфантильно сейчас думать, что лучше что-то отрефлексировать потом, пусть пройдет время. Мы должны делать сейчас все, что можем. И среди этого 70% будет не нужно, может больше, может меньше. Мы сейчас не можем знать, что станет классикой.
Я тот человек, который работает с государством, и самые важные кинопроекты и телепроекты происходили преимущественно за счет государства. Снять кино без государственной помощи, некоммерческое кино – практически невозможно.
Что такое режиссерская профессия? Это [значит] надо постоянно снимать. Если ты не снимаешь, ты теряешь время, стареешь. Фильм "Ты – космос" делали 10 лет. И это потому, что тоже были проблемы с финансированием. Просто целая плеяда профессионалов теряется. И это очень обидно.
Павел Шилько, генеральный продюсер музыкальной премии YUNA
После 2022 года был очень интересный всплеск в музыкальной культуре. По итогам 2022 года было издано более 12 000 песен. На тот момент в Украине такого не делали. 95-97% песен были именно о событиях войны.
В 2023 году 36 000 треков было издано. По итогам 2024 года уже было издано 53 000 песен. И еще 2025 год не закончился, а уже есть более 70 000 песен (выступление состоялось в ноябре 2025-го. – Ред.).
То есть это действительно большой всплеск.
К сожалению, большой ценой мы, украинцы, поняли, что свое надо ценить.
Сейчас очень много украинского музыкального продукта. То, что он не весь качественный, это нормально. Это такой период реабилитации. Потом останутся только самые лучшие. Но если это не поддержать, то зависимость, как любая зависимость, может вернуться.
Донатить на культуру – это то же самое, что и донатить на поддержку военных. И если мы не будем этого делать, то кто мы есть? Просто люди, которые воюют или которые хотят победить?
Мы хотим победить и оставаться украинцами.
Если говорить о положительных вещах [которые повлияли на культуру], то, как по мне, их две. Это – квоты на украинскую музыку.
А с точки зрения бизнеса, [положительным является снижение] НДС на концерты до 7% процентов, иначе в музыкальной индустрии выживать было бы почти невозможно (Сниженную ставку НДС в размере 7% ввели в 2020 году).
