Ситуация вокруг Черного моря и энергосистемы достигла критического предела
Украина готова к энергетическому и продовольственному перемирию в Черном море, а также рассматривает вариант безусловного прекращения огня по столкновению.
Об этом заявил министр иностранных дел Украины Андрей Сибига на встрече с журналистами, сообщает корреспондент РБК-Украина.
По словам главы МИД, сейчас есть четыре соответствующих международных предложения. Наиболее широка инициатива Индии, которая впервые выразила готовность играть активную роль в этом процессе.
"Мы имеем четыре предложения. Наиболее широкое — предложение Индии. Впервые Индия предложила играть роль", — сказал Сибига.
Кроме того, есть еще три инициативы. Турция и Египетпредлагают зерновое и продовольственное перемирие в Черном море. Для Египта это критически важно, потому что страна на треть зависит от украинского зерна.
Предложение США касается энергетического перемирия, которое обсуждалось на встрече президента Украины Владимира Зеленского и лидера Дональда Трампа.
Украинская сторона уже передала партнерам собственное видение процесса. Украина готова к энергетическому и Черноморскому перемирию, но только в комплексе.
Глава МИД подчеркнул, что энергетический блок предполагает полную остановку ударов по всем энергетическим объектам, включая портовую инфраструктуру.
Также Украина сообщила о готовности к безусловному перемирию по линии столкновения, что могло бы стать одним из результатов возможной встречи Владимира Зеленского и российского диктатора Владимира Путина.
В настоящее время американская сторона работает на этом треке.
Напомним, недавно в Германии заявили, что Россия пока не заинтересована участвовать в реальных мирных переговорах. Об этом на фоне встречи глав МИД обеих стран сообщил канцлер Германии Фридрих Мерц, пообещав в дальнейшем поддерживать Украину.
В то же время, в дипломатических кругах Германии предполагают, что переговоры об окончании войны России против Украины могут начаться уже в скором времени.
В частности, об ожиданиях таких переговоров заявил министр иностранных дел Германии Иоганн Вадефуль, отметив стремление Берлина принимать в них непосредственное участие.
